О ФОРУМЕ
Добро пожаловать на фандомную ролевую по мувиверс-вселенной Марвел с элементами кроссовера. Наш сюжет учитывает все фильмы и сериалы MCU и стартует непосредственно после событий Человек-Паук: Возвращение домой, Тор: Рагнарек и Черная Пантера. Но до Войны без конечностей и приезда дядюшки Таноса еще далеко и на мир обрушивается новая угроза, которую можно решить лишь объединив усилия и примирив старых соратников.
НОВОСТИ
22 августа - Проект закрыт
20 марта - Наконец-то торжественно объявляем открытие! Остались пара нюансов, но мы уже в строю и ждем новых игроков!

Marvel: Crossfire

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: Crossfire » Альтернативная реальность » Love is a force of nature


Love is a force of nature

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Love is a force of nature
http://sf.uploads.ru/jPlp5.gif http://sh.uploads.ru/UFN7H.gif
The Clientele - I can't seem to make you mine
Tim McGraw - Truck Yeah

Возможное настоящее

Tony Stark & Peter Parker

Ранчо Паркеров; Техас

Семья Паркеров - потомственные фермеры и владельцы крупного ранчо в Техасе, что славится своими племенными лошадьми и пользуется определенным спросом в узких кругах. Выращивание, воспитание и заездка будущего спортивного партнера, друга или помощника по хозяйству - дело нелегкое, и Питер, как юный наследник своей семьи, учится этому искусству с ранних лет. Главный начкон и пастух табуна отправляется на заслуженную пенсию и Паркеры находят нового работника Энтони Старка - опытного наездника, звезду родео и вестерн арен в прошлом и профессионального берейтора в настоящем. Питер и Тони на удивление быстро находят общий язык, и с началом сезона им приходится столкнуться с рядом трудностей, в том числе в отношениях друг с другом. 

cowboy!au ранчо, лошади, ковбойские шляпы, песни у костра, механические быки, ночевка под звездным небом в прериях и буря противоречивых чувств

+1

2

[icon]http://s8.uploads.ru/SQMvy.jpg[/icon]http://sd.uploads.ru/Rq2VE.jpg
Солнце медленно показало свой сияющий в ночной мгле бок, заревом освещая сухие песчано-каменные равнины Западного Техаса, давая начало новому дню. Иссиня-черный купол, усеянный мириадами звезд, с каждой минутой заволакивал желто-оранжевый огонь с фиолетовыми и розовыми языками пламени. Разбросанные пятнами редкие кустарники и небольшие деревца отбрасывали причудливые тени, укрывая норы обитателей прерий от посторонних глаз, а величественные горные массивы и вовсе накрывали черным полотном целые поля. Хоть так и может показаться, но течение жизни здесь никогда не останавливается, скорее наоборот – трудовая деятельность начинается с рассветом и не факт, что закончится после заката. Такова доля всех, кто решил связать свою жизнь с фермерством, по воле судьбы или же от безысходности. Техас примет всех и каждого.

Так он когда-то подарил приют Паркерам. Маленькое хозяйство шахтера и швеи, основанное в начале двадцатого века где-то посередине между Делл-Сити и Гуадалупе-Маунтинс, на сегодняшний день является одним из крупнейших по разведению и сохранению лошадей породы аппалуза – чубарых скакунов, некогда выведенных индейцами племени Нез-персэ путем скрещивания ввозимых конкистадорами заграничных пород. Обладая необычной пятнистой мастью, с тонкой костью, средним ростом и удивительной выносливостью и маневренностью, аппалуза со временем завоевали сердца американцев и стали незаменимыми помощниками в хозяйстве, как при работе на поле, так и на выпасе скота. В дальнейшем, в связи с развитием дисциплин конного спорта в стиле вестерн, лошади этой породы неоднократно становились победителями соревнований и в настоящее время продолжают занимать призовые места, отвоевывая нишу еще и в любительском конкуре и выездке.
Помимо аппалуза, Паркеры разводили небольшой табун квортерхорс – крепких и коренастых лошадок, с массивной широкой грудью, позволяющей в отличие от более длинноногих собратьев показывать чудеса переходов и резкой смены направления, что было чрезвычайно важно для пастухов при охране стада. Представители данной породы не могли похвастаться бросающимся в глаза окрасом, зато обладали, в результате селекции при отборе поголовья со скачек, поразительной скоростью, предоставляющей возможность обгонять даже самый безумно мчащийся без оглядки табун.
   
Со временем владельцы ранчо обзавелись мелким скотом и птицей да небольшим огородом, выращивая наиболее неприхотливые и необходимые овощи и фрукты, и были счастливы в своем мире лошадей и бескрайних равнин на границе с Нью-Мексико. Казалось бы, двадцать первый век на дворе, и ковбои да родео уже не представляют интерес, но Паркеры изменять своей философии не собирались и единственный правнук основателей, Питер, воспитывался в условиях старых традиций и любви к природе. Парнишка можно сказать вырос на лошадиной спине, с детства доставлял неприятности рабочим и практически доводил родителей до инфаркта своими побегами в национальный парк. Но не любить единственного ребенка на ранчо, юного Паркера, было невозможно – такого искреннего в попытке помочь поседлать, приволочив на своей детской спине седло размером с него самого, купающегося в грязи на заднем дворе в поисках картошки и весело рассекающего на любимой кобыле по территории с воздушным змеем за спиной. Каждый работник души ни чаял в мальчишке и всячески оберегал от неприятности, в которые мелкий проказник просто обожал вляпываться.

После падения спроса на необычных аборигенных лошадей за счет их пестрой масти, Паркеры пришли к выводу, что главный упор необходимо делать не столько на чистоту крови, которую и без того испортить было невозможно ввиду закрытости табуна, но и на саму подготовку молодняка. Достаточно повзрослев и освоив необходимые навыки, Питер начал помогать с заездкой, а после стал выезжать вместе с пастухами на выпас табуна. Большинство одноклассников в Делл-Сити, куда его возил один из конюхов, твердили о том, как им надоела эта жара, равнины и древность, как необходим прогресс и здесь они затухают, не могут найти свое место в жизни. Питу же на подобное было плевать с высокой колокольни местной церкви, он был полностью доволен своей жизнью на ранчо и счастлив, осознавая, что посвятил себя удивительному, пусть и недооцененному обывателем делу.

Подниматься с рассветом не сложно, когда ты делаешь это каждый день, столько, сколько себя помнишь. Юный Паркер распахнул глаза под очередной крик петухов и тупо уставился в потолок, наблюдая за тем, как он менял свой цвет и переходил от фиолетового к красно-розовому, потом к оранжевому и затем к желтому. Никто не заставлял парнишку вставать настолько рано, верховая работа лошадей начиналась при хорошем дневном свете, когда солнце достаточно высоко выходило на небесный купол. Но Питер считал своим моральным долгом помогать всем, чем только может, а на ранчо брюнет выполнял практически любую работу без особых проблем. К тому же, с началом сезона у него появилась еще одна причина пробуждений с рассветом, гораздо более личная и противоречивая.
Легко подняться с предвкушающей улыбкой и горящим взглядом карих глаз, переодеться, прибраться в комнате, весело сбежать по ступенькам вниз, где Мэри уже расставляет тарелки на стол, а Ричард лениво листает свежую газету при свете ламп, умыться наспех и плюхнуться рядом с отцом завтракать. Сколько лет начало дня всегда одно и то же, пять, семь, может десять? Питер не знал, ему всего шестнадцать, а такое ощущение, что он уже целую вечность движется по кругу; всегда так жил, испокон веков, и будет продолжать, пока прах не станет перекати-полем.

- Доброе утро, дорогой, - ласково улыбнулась мама, протягивая сыну горячий омлет с беконом и чашку кофе с бутылочкой сливок, - Как обычно ни свет, ни заря, а мог бы еще поспать.
- Пусть трудится, - довольно хмыкнул Ричард, потрепав легким движением шершавой руки фермера по мягким золотисто-каштановым кудряшкам юного Паркера, - Сегодня нужно объехать территорию, проверить забор. Джон вчера говорил, что видел мельком какие-то прорехи, так дело не пойдет. Поедешь?
- Конечно, а Тони поедет? – восторженно выпалил Питер, тут же осекаясь и мысленно ругая себя за излишнюю эмоциональность, занял рот большим куском омлета и, прожевав, осторожно добавил, - В смысле, а с кем я поеду? С Джоном и Эдди?
- Возьмете всех, кто свободен, в том числе и Старка, лишние руки не помешают. Нужно не только залатать, но и сделать полный обход, а для этого пары человек будет мало, - небрежно махнул рукой отец, принимаясь за свой завтрак. За дверью послышался привычный стук половиц под тяжелой поступью и жалобный скрип старого кресла-качалки на веранде, - Вспомнишь - вот и он.

Парнишка торопливо запихал в рот остатки омлета, залпом допил и вскочил из-за стола, беря заботливо протянутую объемную чашку крепкого кофе из рук матери с благодарной и чуть смущенной улыбкой. Такой обычный ритуал вежливости и уважения, но каждый раз волнительно. Почему? Питер не задумывался, он просто запрыгивал в свои ботинки, накидывал рубашку и выходил навстречу красочному восходу солнца, прохладному утреннему воздуху, запаху трав и дорогих сигар, что каждое утро выкуривал Энтони Старк на веранде дома Паркеров. Мужчина вальяжно развалился в кресле, втягивал в себя горький дым с умиротворением на загорелом лице и выдыхал вверх, заставляя бежевую ковбойскую шляпу чуть съезжать назад. Такой же, как и всегда...
Похоже, юный Паркер слишком долго стоял у двери, невольно привлекая к себе пристальный взгляд.
- Доброе утро, Тони, - неловко улыбнулся Питер, чувствуя себя откровенно по-идиотски, в несколько шагов преодолев расстояние до Тони уверенно вручил уже зарезервированную начконом и старшим берейтором в лице Старка кружку с ароматным бодрящим напитком довольно сильной крепости, - Кофе?

parker's ranch

http://sh.uploads.ru/VdBz1.jpg

+1

3

[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/3/27/30f4b040846af7b7f684ec14603f36ca-full.png[/icon]
http://s5.uploads.ru/t/XSrgq.png

Тяжелые сапоги ступили на пыльную дорогу, ведущую из конюшен к уютно поскрипывающим ступеням веранды. Мозолистые руки стряхнули с потертых джинсов пыль и веточки сена, нашарили в заднем кармане спички, и Тони, играючи подбрасывая в воздух коробок, насвистывая под нос незамысловатую мелодию, двинулся к маленькому оазису тени. Он щурился от утреннего солнца и вдыхал еще свежий воздух, обещающий вскоре смениться застоявшейся и обжигающей духотой, впрочем, Старк предпочел бы ему дым отличной сигары, припасенной в переднем кармане рубашки. Паркеры тоже были ранними пташками, но не столь певчими до рассвета, сколько их новый берейтор, поднимавшийся с матраца при тусклом мерцании утренних звезд и спешивший по-свойски поболтать с лошадьми, уделить им должное внимание, начав работу.
Опустившись в плетеное кресло, Тони блаженно выдохнул и огляделся в поисках привычно поджидавшей газеты. Впрочем, следом за газетой и первыми затяжками поспевал еще один особо ожидаемый утренний соблазн. Пробежав глазами по первой полосе и закуривая не глядя плотно сбитый табак, он услышал знакомый топот и усмехнулся в техасский воздух, выпуская вместе со смешком молочные колечки дыма.
-Доброе утро, Тони, - с южными нотками в звонком голосе поздоровался единственный пленивший его на этом ранчо обитатель.

Сам Старк был родом из Огайо, золотой “мальчик” с выраженным северным акцентом. Его фамилию все, кто хоть мельком имел дело с конным спортом, произносили либо со злостью сквозь зубы, либо с сахарно-лелейным лестным уважением. И вовсе не сомнительная скандальная репутация Энтони была тому виной, а бизнес отца. Говард Старк, солидный мужчина в дорогом клетчатом костюме, подогнанном под его немалый рост в одном из лучших ателье Колумбуса, зарабатывал на скачках. Ипподром был его золотой жилой, подарившим еще в молодости билет в высший свет. Америка семидесятых годов была без ума от конного спорта, подтянутых лощеных жокеев и их верных, стремительных, словно молнии, скакунов. Скучающие дамочки в сопровождении своих упитанных кавалеров, сорящих деньгами, курили на трибунах мундштук и превращались в менее хмурых особей, когда градус азарта закипал в их хладнокровных телах. Ставки - вот тот самый “золотой билет” с шоколадной фабрики Чарли, который дал Старку-старшему шанс закрыть все свои долги, успешно жениться на очаровательной Марии. Однако то был лишь старт. “Марш” скомандовала его молодая жена, оказавшаяся куда более предприимчивой и амбициозной, чем Говард представлял, ведя ее под венец. Мария с блеском в глазах и страстью в речах говорила возлюбленному о преимуществах, открывающихся перед их семьей. Стоило рискнуть, но рискнуть с умом, грамотно вложить деньги, обзавестись партнерами. Так, спустя несколько лет распахнул свои ворота крупнейший в Огайо ипподром, владельцами которого была разбогатевшая за считанные месяцы чета Старков.
И не смотря на посетивший их дом ошеломительный успех, лучшим детищем Говарда, по его собственным словам, был маленький Энтони. Об этом, правда, малыш никогда не слышал и вряд ли услышит когда-либо впредь. Тони рос среди чемоданов хрустящих долларов, при блеске бриллиантов на шеях гостей, в окружении светских особ и деловитых разговорах о политике. В столь блистательной золотой клетке Тони вскоре насытился роскошью. Тестостерон в его крови диктовал безумства, толкал на позорные выходки и внушал жажду бунта. Все разговоры о продолжении семейного дела заканчивались крупными громогласными скандалами за стенами поместья Старков. В один из таких вечеров Энтони внезапно прервал тираду отца и пошел на уступки, что само собой должно было вызвать подозрение. В голове Тони выстроился идеальный план. Ипподром значит ипподром, славно. Университет Лейк Эри в Пейнесвиле принял золотого сына Того-Самого-Говарда-Старка с распростертыми объятиями, обучил всем хитростям управления конноспортивными объектами, предпринимательству и берейторскому делу. Именно последнее определило судьбу Тони Старка, когда он впервые взмахнул на спину черногривого жеребца и крикнул “но!”. Ни Говард, ни Мария, ни круг состоятельных знакомых, ни журналисты, ни объективы камер не предполагали, что увидят Энтони однажды не на трибуне ипподрома, а в седле стройного золотистого ахалтекинского скакуна, взметающего пыль из-под своих подкованных копыт.
Тони всегда был быстр, как вихрь, и этот ритм в двух секундах от финишной прямой затрагивал в груди что-то ранее неведомое, но всегда манившее. Он был азартен, горяч, лихачил и ввязывался в немыслимые авантюры - в этом был весь молодой Энтони Старк. Промчавшись галопом по жизни, он все же набил себе сотню шишек, ссадин и познал, что истина - в вечном движении. Никогда нельзя останавливаться, ни при каком случае не следует сбавлять скорость, потому что любая остановка подобна смерти. Усмирить дикий нрав младшего Старка не удавалось никому. Он искал, бежал во все уголки страны и за ее пределы, изучал, познавал, впитывал в себя дыхание мира с каждым порывом ветра. И лишь оказавшись в Штате Одинокой Звезды, Тони выдохнул. Сухие равнины Техаса с легкостью заменили ему ветреные озера Огайо и прочие местности, очаровали его и заставили ступить на твердую землю. Тони полоскал горло стариной Джеком Дэниелсом в барах, с особым азартом обыгрывал местных работяг в карты, курил толстые кубинские сигары - точь-в-точь как отец, долгие минуты держался в седле здорового быка-родео, прозванного Буффало Биллом за свой ретивый механизм. Тони делал все, чтобы прожигать свою жизнь стремительно и без сожалений. Он сиял здесь ярче полуденного солнца, талантливый, опытный и страстный. Техасские забегаловки стали ему игровой площадкой, техасские ковбойши - младшими сестрами, а поместье Паркеров - глотком свежего воздуха после всех удавшихся попыток показать этому миру, на что он способен. Все и так знали, кто он, сколько у него побед, где несуществующий предел его возможностей. Паркерам же нужны были от него определенные, конкретные вещи, и им было плевать на его имя, или, по крайней мере, они очень точно делали вид, что плевать. Энтони чинил все, к чему прикасался. “Золотые руки” - говорили они. “Да чем еще занять в этой дыре?”, - думал Старк. Дыру, к слову, он очень любил. Любил он и местных породистых лошадей, любовался ими, словно ангелами, сошедшими с небес, - настолько они были ухожены, невероятны и совершенны. Любил местные сигары и кофе, в котором крепость боролась со сладостью. Любил обжигающее его лицо с лучиками не щадящих морщинок в уголках глаз солнце, которое палило с самого утра и заставляло жить. И мальчишку.
Питер - так звали парня в доме Паркеров. Он был юношей с золотом солнца в волосах, смеющимися глазами и прямой, будто по вытяжке, осанкой. Его улыбка была призвана околдовывать обаянием, его стройное и ловкое тело было создано, чтобы грациозно покачиваться в седле. Старк по жизни был не слишком в ладах со своими желаниями, но тут они удивили его сильнее, чем когда-либо прежде. Питер радовался ему столь искренне, говорил настолько просто и непринужденно, что поверить в существование такого безупречного создания было весьма сложно. Никто и никогда не смотрел на Энтони с добротой до его обоснования в Техасе. В его славную юность пойманные взгляды были восхищенные, вожделенные, уважительные, прочие - с ядом зависти, краснотой ярости, мщения. Побежденные. Разочарованные. Доброту и тепло он ловил лишь в глазах двух главных женщин своей жизни, и та была иной.
Пытаясь разгадать секрет всеобщего любимца, Тони начал разговаривать с Питером. Обо всем и ни о чем, по утрам на веранде, днем в конюшне, по вечерам - где придется, лишь бы подобрать ключик к таинственному свежему замку. Все шло из рук вон плохо, Тони путался в своих чувствах и сходил с ума, пока не оказывался в седле. Или же, пока в седле не оказывался Питер. Мальчишка был потрясающим. Он ладил с лошадьми, как с ближайшими друзьями, каковыми они для него и являлись, он ловил лучи солнца своими ресницами на лету и мчался бесстрашно, как герой комиксов в жанре вестерн. Тогда все становилось слишком просто, все тайны переставали иметь свой сакральный смысл, когда в свои права вступала природа и ее безукоризненная власть. Техас, будь он не ладен, приоткрыл Тони дверцу в еще не познанный мирок, и, возможно, она была самой важной в его жизни.

Так на чем они там остановились?
-Доброе утро, Тони.
Старк был доволен и горд, будто только что завоевал кубок. Стеснительная, но оттого еще более храбрящая фамильярность была отличным началом. Не обошлось, правда, без легких угроз. Благо, он пообещал перестрелять всех из своего сорокапятикалиберного кольта, если хоть раз услышит в свой адрес “Энтони”.
Мужчина поднял взгляд на того самого нарушителя его повседневного спокойствия, будто бы не ждал появления, и дружелюбно прищурился.
-С удовольствием, ковбой, - незамедлительно отозвался он и взял из загорелых мальчишеских рук ароматную чашку, не упустив возможности будто невзначай погладить тонкие и все же притягательно работящие пальцы.
-Газеты врут, как всегда. Ничего нового, - Тони одной рукой отбросил потерявшую всякий интерес периодику на столик, удержав сигару в зубах, и обратил все свое внимание на Питера. Горячий кофе и терпкий табак скребли на пару горло, шляпа и вовсе покинула черноволосую голову, повиснув на веревке за спиной, но все мысли были потеряны в веснушках, рассыпавшихся на носу мальчишки.
-Какие планы на сегодня?
И неожиданное дуновение ветра, скрипнувшее рядом кресло-качалка и зашелестевшая газета отчего-то таинственным образом подсказали, что сегодняшний день они запомнят надолго.

+1

4

[icon]http://s8.uploads.ru/SQMvy.jpg[/icon]Утренний ветерок забрался под шиворот рубашки и широкой футболки, скользнул своими прохладными пальцами по мальчишеской спине, заставляя Питера едва заметно, зябко поежиться, оставаясь без приятного тепла кружки свежего кофе в ладонях. Всего несколько часов, и августовское солнце нагреет воздух и землю, окутывая своим жаром фермеров и работников ранчо, что будут его любя проклинать. А пока Паркер, вздрогнув от неловкого прикосновения шершавых пальцев и торопливо убрав руки, растирал покрасневшие ладони и старался не подрагивать от холода на виду у Тони, жалея про себя, что так опрометчиво выскочил на улицу без куртки.
Мужчина дружелюбно щурился под яркими лучами рассвета, деловито потягивая кофе, и школьник не смог сдержать теплой улыбки. Энтони Старк - настоящая легенда, он был знаменит не столько тем, что являлся сыном Говарда Старка, миллионера и владельца крупнейшего ипподрома в Огайо, сколько своими успехами в конном спорте, по крайней мере для Питера. В начале своей карьеры Тони был отличным жокеем, а вскоре, во время поисков своего места в жизни, перешел в дисциплины вестерн, где многие годы удерживал титул лучшего. Родео, каттинг, рейнинг, трейл – все давалось этому улыбчивому ковбою с выразительной бородкой настолько легко и непринужденно, про таких говорят «рожден в седле и вскормлен кобыльем молоком». Но парень прекрасно знал, какой огромный труд стоит за столь головокружительным успехом, и испытывал к мужчине неподдельное уважение больше пяти лет.

http://sa.uploads.ru/JK6hC.gif http://sa.uploads.ru/0LTgs.gif

Целый год отличной учебы, помощи по хозяйству и прилежного труда – и все ради этого дня. Паркеры не то, чтобы были строгими родителями и ограничивали своего единственного отпрыска, просто их десятилетний сын безумно хотел посмотреть выступления всадников на национальном чемпионате по вестерну вместе со своей вечно занятой на ранчо семьей. Мэри и Ричард поставили ряд условий и гордились, что Питер сдержал свое слово и выполнил требования, пусть и без этого собирались отвезти мальчишку на соревнования.
Всадники на крепких лошадях и в ковбойских шляпах показывали удивительное мастерство и слаженность в работе со своими четвероногими партнерами, легко справлялись с лассо и быками, проходили маршруты, показывали отточенные элементы. Но когда объявили выход Тони Старка, весь зал словно взорвался криками и аплодисментами, сопровождавшими выезд мужчины на мустанге в центр арены. Юный Паркер был заворожен ловкостью всадника и гармонией пары, настолько плавные роллбэки, спины и скользящие остановки ему еще не приходилось видеть никогда, как и поразительную сосредоточенность лошади на быке во время каттинга, словно она читала мысли наездника. Волшебство какое-то… - восхищенно подумал мальчик, разинув рот и вцепившись пальцами в ограду, через которую наблюдал за происходящим, еще и наступив на складное сиденье ибо рост не позволял. Пожалуй, именно в тот момент он твердо уверился в своих намерениях тоже освоить вестерн и стать таким же крутым ковбоем, как Энтони Старк.


В дальнейшем Питер не раз смотрел по телевизору записи выступлений Старка и сильно расстроился, когда такой талантливый всадник забросил спорт и исчез из виду. Ходили разные слухи: будто бы он вернулся в скачки и готовится примерить форму жокея в новом сезоне; кто-то говорит, что Энтони уехал на север и основал собственное небольшое хозяйство, живет в уединении с природой и разводит небольшой табун лошадей, а другие были уверены, что мужчина решил взяться за дело посерьезнее и объезжает диких мустангов где-нибудь в Техасе. Последнее оказалось отчасти правдой, вот только теперь именитый ковбой и звезда родео работает на ранчо Паркеров и не сказать, чтобы это ему не нравилось. Как мог судить сам школьник, Тони получал удовольствие от работы с лошадьми, к нему относились с уважением и не обделяли ни вознаграждением за труды, ни уютным жильем, ни вниманием.
Мэй и Ричард были польщены появлением столь опытного сотрудника на своем пороге, но не выделяли мужчину среди остальных и не упоминали о его спортивном прошлом, в отличие от самого младшего члена семьи, что боготворил Старка как кумира и тщательно старался не выдавать свои искренние порывы, смесь уважения, восхищения и детского обожания. Стеснение и неловкость в общении прошли буквально в первые же недели приезда нового начкона в конце весны, Питер поначалу был робок и не решался подходить не по делу, но мужчина сам пошел на контакт, спрашивал обо всем и ни о чем в любое время, по поводу и без. 

За прошедшее лето совместной работы юный ковбой проникся неподдельным доверием к старшему берейтору, чувствовал себя непринужденно в его обществе, по-свойски называл по имени и не обращал внимания на возраст. Сперва, конечно же, пытался звать «мистер Старк», но в ответ на хмурый взгляд осторожно исправился и получил одобрительную улыбку. Тони располагал к себе не только открытостью характера, но и трепетной любовью к лошадям, что парень больше всего оценил на ранних этапах общения. Паркер неосознанно тянулся к Старку, как тянется маленький росток к яркому солнцу, относился с теплотой, заботой и добротой во всем, что бы ни делал. Мужчина потихоньку натаскивал Питера в баррел-рейсинге, рейнинге и трейле, в связи с чем все свое свободное время они проводили друг с другом и не испытывали по этому поводу никаких проблем.
Бывшая звезда вестерн-арены внесла огромный вклад в развитие ранчо и воспитание молодняка, что не могло не остаться неоцененным. Особенно значимой стала помощь в заездке и отборе подходящих лошадей для осеннего аукциона – главного ежегодного события для всех фермеров. Правда последние новости о поломке забора ставили под угрозу удачную сделку, ведь большая часть табуна сейчас находится на выпасе и если что-то пойдет не так, то нескольких недель будет мало для возвращения в прежнее русло. 

Питер вопросительно взглянул на газету в руках Тони и едва успев раскрыть губы получил ответ, с максимально умным видом многозначительно кивая.
- Какие планы на сегодня?
- Джон вчера обнаружил дыры в ограждении, и отец сказал, что нужно все починить и провести полный объезд территории по границе. Думаю, это займет весь день, - Питер задумчиво оглядел веранду и ободряюще улыбнулся Старку, - Ну мы ведь не хотим, чтобы лошади сбежали или прокрался койот из заповедника, правда? Нам с Джоном и Сэмом понадобится помощь, ты ведь поедешь?...
Парнишка с надеждой взглянул на ковбоя и обернулся на звук приближающихся шагов, приветливо кивая работникам ранчо. Все потихоньку просыпались, завтракали и приступали к работе, будили лошадей в стойлах, занимались огородом или выполняли другие обязанности. Заметив потягивающихся на крыльце гостевого домика берейторов-наездников, Паркер активно замахал им рукой и, спрыгнув с крыльца и бросив Тони через плечо «жду в конюшне через час», отправился бодрой трусцой навстречу рассвету и подготовке к выезду. Объяснившись с Джоном, Сэмом и Дирком и передав указания отца, Питер заскочил в открытые ворота конюшни, с улыбкой вдохнул витающий в воздухе запаха свежего сена и травяных подкормок, схватил чомбур и недоуздок с дверцы денника и выскочил к левадам.

Паркеры, как могли, постарались облагородить почву, чтобы лошади не гуляли по сухой земле и не поднимали клубы пыли, а могли вдоволь щипать сочную траву и наслаждаться отдыхом от работы. Кобылы гуляли вместе на большой огороженной территории, что в свете восходящего солнца казалась черным полем с неясными силуэтами вдали у навесов. Парнишка пролез между бревнами ограды и звонко присвистнул, приложив ладонь козырьком старательно вгляделся вдаль. Стремительным галопом к нему приближалась невысокая соловая лошадь, блестящая золотом на округлых боках и белым пламенем в гриве, за несколько темпов до Питера она перешла на рысь и обежала хозяина по кругу, с интересом ощупывая губами карманы на наличие угощения.
- И тебе доброе утро, Луна, - весело рассмеялся юный Паркер, обнимая услужливо подставленную голову своей квортерхорс, заботливо надел недоуздок и зацепив за кольцо чомбур прижался лбом к мягкому носу. Кобыла послушно замерла, широкими ноздрями втягивая запах всадника и с любопытством навострив пушистые уши, - Сегодня поедем с тобой в поля, нас ждет работа.
Луна несколько раз моргнула, взмахивая длинными ресницами, и потянулась в сторону выхода из левады, увлекая за собой зазевавшегося молодого ковбоя. Сначала покормим тебя и напоим, – составлял план в голове Питер, закрывая за собой ворота и шагая слева у плеча лошади повел ее в сторону конюшни, - Переодеться, проверить амуницию, потрясти Дирка, он обязательно заснет перед самым отъездом. Перед тем, как седлать забежать домой за едой, инструментами и рацией. Вроде ничего не забыл…

palomino quarter horse Luna

http://sa.uploads.ru/YNluq.jpg

0


Вы здесь » Marvel: Crossfire » Альтернативная реальность » Love is a force of nature


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC